понедельник, 28 октября 2013 г.

Фазиль Искандер о Божьем Сыне



Чтобы там ни говорили богословы, я думаю, что Христос создал свое учение именно как человек, а не как Бог. В его учении нет ничего такого, что не было бы подтверждено человечес-ким опытом. Если что и было в его учении божественного, так это точность в понимании реальных возможностей человека.
    Было бы странно и непоследовательно, если бы он, будучи Божьим Сыном, принял смерть именно как человек, а учение, которое он оставил людям, было бы результатом божественного откровения. Как раз потому, что он учение свое создавал на основании пусть и гениального, но человеческого опыта, он и смерть принял как человек неохотно, томясь духом, тоскуя.
    Уподобляясь древним грекам, представим случившееся так. Бог сказал своему сыну:
    — Что-то я перестал понимать людей. Один глупый рыбак может так запутать леску, что десять умных рыбаков ее не распутают. Сойди к людям и пройди как человек весь человеческий путь. Дай им урок и возвращайся обратно. Но если и это им не поможет, я эту лавочку прикрою вообще.
    Кажется, подвиг Христа был бы гораздо убедительней, если бы он, родившись человеком, забыл, что он Бог, и люди узнали бы об этом только после его воскресения. Но это только кажется.
    Если бы Христос не знал, что он Богочеловек, не было бы не только подвига его человечес-кой смерти, но и не было бы подвига снисхождения Сильного к Слабым, дабы помочь им восстановить силу духа. Это урок терпения и любви, тем более что мы понимаем: при повышен-ной тупости учеников он мог в любой миг прервать этот урок и удалиться от людей. Но он не прервал урок, его прервали.

Пишу роман...



Вот уже несколько дней мне снится N, во сне я прихожу к нему, чтобы сказать прости, я прошу простить меня за то, что я не оставил ему выбора. Самое страшное покаяние – покаяние, сделанное под давлением. От него душе человека не будет пользы, а только один вред. Весь ужас покаяния под давлением в том, что он подобно признанию под пыткой является результатом насилия над волей человека, от чего в душе человека остается неизгладимый шрам. Вот ведь где ужас и парадокс – покаяние должно было бы излечить, исцелить душу кающегося, а здесь оно причиняет боль, заставляет пережить стыд и вместо того, чтобы избавить от вины вынуждает ее чувствовать как никогда остро.
Похоже, что я причинил душе N именно такой вред, и что наиболее трагично – в тот момент сконцентрировавшись на своей собственной боли, я не смог понять, что за боль чувствовал он – опозоренный, раздавленный, вынужденный каяться, но не кающийся.
Разве я мог тогда предположить, что сделает с ним моя принципиальность?! Тогда мне казалось, что я его любил, но как же я ошибался… Если бы любил, то, конечно же, позволил ему самому сделать свой выбор.
Нет большего самоотречения, чем позволить тому, кого ты любишь жить без тебя, позволить ему сделать выбор и выбор не в твою пользу. Нет большей муки, чем видеть как тот, кого любишь осознанно делает то, что заставляет тебя чувствовать боль. В этом любовь Бога к нам, в этом Его призыв взять свой крест, отвергнуть себя и последовать за Ним.

среда, 18 сентября 2013 г.

Кризис "жанра"

Кажется, что уже 100 лет ничего не писал в блоге...
С одной стороны, писать особо нечего - в последнее время прямо кризис идей какой-то, с другой стороны, последний год больше времени провожу на стройплощадке, чем перед компьютером. Но писать что-то все-таки надо... может быть просто в надежде на то, что новые идеи возникнут хотя бы просто из механических ударов по клавишам, в общем, надеюсь на чудо, на настоящее творческое озарение

вторник, 31 июля 2012 г.

Покаяние


Я часто признаюсь в грехах мелких только для того, чтобы за этим деланным покаянием оставить без внимания проступки более серьезные. Ты вроде бы предстаешь пред людьми в роли этакого «благородного» грешника, человека достойного уважения –способен же он признать свои недостатки! Нам важно признаться в проступке, но при этом еще и попытаться сохранить свое лицо, так чтобы не совсем упасть в грязь перед теми, кто уважает нас за наше же лицемерие. Мы не станем друг друга шокировать, но не потому для нас дорог наш безупречный имидж. В моем случае чаще всего причина в том, что я не верю ни в человеческое прощение, ни в человеческое принятие.

пятница, 4 мая 2012 г.

Отрывок из новой книги по Судьям

Нации, которые должны были быть покоренными Израилем, сами покорили Израиль. Бытие 19 (история о Содоме и Гоморе) говорит нам о том, насколько безнравственными были населяющие Обетованную Землю народы, но Судей 19 (история о Гиве Вениаминовой) показывают нам насколько, безнравственным стал сам Израиль. Роберт Брэнсон пишет: «Наши идеалы помогают нам формировать наш характер, но еще сильнее его формируют наши дела и поступки», - а дальше он задает чисто риторический вопрос, - «Если мы будем поступать, как хананеи, станем ли мы хананеями?». Книга Судей не оставляет нам в этом ни малейших сомнений – Израиль думал, что завоевал Ханаан, но это Ханаан поглотил Израиль. Израиль потерял способность исполнять свою миссию в ханаанской земле. Он потерял моральное право бороться с народами, на которые сам стал так сильно похож (Отрывок из новой книги по Судьям).

суббота, 3 марта 2012 г.

Вавилон


Я задумался о причине того, что в наше время рассыпаются религиозные союзы, раскалываются церкви. В Библии есть история о том, что люди перед тем, как рассеяться по лицу земли, задумали оставить о себе память – построить башню до Небес. Но вот рассеялись они несколько раньше… Почему? Потому что перестали понимать друг друга, Бог смешал их языки. Так вот не происходит ли нечто подобное и сегодня, когда верующие перестают понимать друг друга? Вроде бы говорим на одном языке, но уже ничего разобрать не можем. В таких ситуациях мне кажется, объяснение одно – мы начали строить Вавилон…