«Сделав человеку добро, мы в этом человеке видим себя. Он зеркало, которое
нам льстит. Такое зеркало неприятно разбивать, наоборот, его хочется лишний раз
протереть.
Точно так же, сделав человеку зло, мы начинаем
его ненавидеть. Он зеркало, которое отражает наше уродство. Такое зеркало
хочется разбить. Сделав человеку зло, человек подсознательно стремиться к его
окончательному уничтожению, если не физическому, так духовному»[1].
"Камень преткновения" - блог посвященный рассмотрению как важных, неоднозначных и серьезных вопросов христианской веры в свете библейского богословия, так и курьезных, спорных и подчас абсурдных вопросов связанных с вероисповеданием современного евангельского христианства. Цель этого блога - формирование образовательной площадки посредством проведения богословской дискуссии и реформирование современной евангельской церкви через критическое осмысление ее библейской позиции.
суббота, 2 ноября 2013 г.
среда, 30 октября 2013 г.
"Закваска" или "тесто"?
В последнее
время часто размышляю над вопросом, где проходит грань между библейскими «закваской»
и «тестом». Большинство христиан, наверное, хотели бы воспринимать себя именно
как закваску – мы те, кто меняет тесто, мы те, о ком Иисус рассказал притчу: Царство
Небесное подобно закваске, которую женщина, взяв, положила в три меры муки,
доколе не вскисло все» (Матф.13:33). Но вдруг мы не более, чем тесто, которое меняет
закваска? «Иисус сказал им: смотрите, берегитесь закваски фарисейской и саддукейской.
Они же помышляли в себе и говорили: [это значит], что хлебов мы не взяли. Уразумев
то, Иисус сказал им: что помышляете в себе, маловерные, что хлебов не взяли? Еще
ли не понимаете и не помните о пяти хлебах на пять тысяч [человек], и сколько коробов
вы набрали? ни о семи хлебах на четыре тысячи, и сколько корзин вы набрали? как
не разумеете, что не о хлебе сказал Я вам: берегитесь закваски фарисейской и
саддукейской? Тогда они поняли, что Он говорил им беречься не закваски хлебной,
но учения фарисейского и саддукейского» (Матф.16:6-12).
понедельник, 28 октября 2013 г.
Фазиль Искандер о Божьем Сыне
Чтобы там ни говорили богословы, я думаю, что Христос создал свое учение именно как человек, а не как Бог. В его учении нет ничего такого, что не было бы подтверждено человечес-ким опытом. Если что и было в его учении божественного, так это точность в понимании реальных возможностей человека.
Было бы странно и непоследовательно, если бы он, будучи Божьим Сыном, принял смерть именно как человек, а учение, которое он оставил людям, было бы результатом божественного откровения. Как раз потому, что он учение свое создавал на основании пусть и гениального, но человеческого опыта, он и смерть принял как человек неохотно, томясь духом, тоскуя.
Уподобляясь древним грекам, представим случившееся так. Бог сказал своему сыну:
— Что-то я перестал понимать людей. Один глупый рыбак может так запутать леску, что десять умных рыбаков ее не распутают. Сойди к людям и пройди как человек весь человеческий путь. Дай им урок и возвращайся обратно. Но если и это им не поможет, я эту лавочку прикрою вообще.
Кажется, подвиг Христа был бы гораздо убедительней, если бы он, родившись человеком, забыл, что он Бог, и люди узнали бы об этом только после его воскресения. Но это только кажется.
Если бы Христос не знал, что он Богочеловек, не было бы не только подвига его человечес-кой смерти, но и не было бы подвига снисхождения Сильного к Слабым, дабы помочь им восстановить силу духа. Это урок терпения и любви, тем более что мы понимаем: при повышен-ной тупости учеников он мог в любой миг прервать этот урок и удалиться от людей. Но он не прервал урок, его прервали.
Пишу роман...
Вот уже несколько дней
мне снится N,
во сне я прихожу к нему, чтобы сказать прости, я прошу простить меня за то, что я не
оставил ему выбора. Самое страшное покаяние – покаяние, сделанное под
давлением. От него душе человека не будет пользы, а только один вред. Весь ужас
покаяния под давлением в том, что он подобно признанию под пыткой является
результатом насилия над волей человека, от чего в душе человека остается
неизгладимый шрам. Вот ведь где ужас и парадокс – покаяние должно было бы
излечить, исцелить душу кающегося, а здесь оно причиняет боль, заставляет
пережить стыд и вместо того, чтобы избавить от вины вынуждает ее чувствовать
как никогда остро.
Похоже, что я причинил душе N именно такой вред, и что наиболее трагично – в тот
момент сконцентрировавшись на своей собственной боли, я не смог понять, что за
боль чувствовал он – опозоренный, раздавленный, вынужденный каяться, но не
кающийся.
Разве я мог тогда предположить, что сделает с ним моя принципиальность?! Тогда
мне казалось, что я его любил, но как же я ошибался… Если бы любил, то, конечно
же, позволил ему самому сделать свой выбор.
Нет большего самоотречения, чем позволить тому, кого ты любишь жить без
тебя, позволить ему сделать выбор и выбор не в твою пользу. Нет большей муки,
чем видеть как тот, кого любишь осознанно делает то, что заставляет тебя
чувствовать боль. В этом любовь Бога к нам, в этом Его призыв взять свой крест,
отвергнуть себя и последовать за Ним.
среда, 18 сентября 2013 г.
Кризис "жанра"
Кажется, что уже 100 лет ничего не писал в блоге...
С одной стороны, писать особо нечего - в последнее время прямо кризис идей какой-то, с другой стороны, последний год больше времени провожу на стройплощадке, чем перед компьютером. Но писать что-то все-таки надо... может быть просто в надежде на то, что новые идеи возникнут хотя бы просто из механических ударов по клавишам, в общем, надеюсь на чудо, на настоящее творческое озарение
С одной стороны, писать особо нечего - в последнее время прямо кризис идей какой-то, с другой стороны, последний год больше времени провожу на стройплощадке, чем перед компьютером. Но писать что-то все-таки надо... может быть просто в надежде на то, что новые идеи возникнут хотя бы просто из механических ударов по клавишам, в общем, надеюсь на чудо, на настоящее творческое озарение
вторник, 31 июля 2012 г.
Покаяние
Я часто признаюсь в грехах мелких
только для того, чтобы за этим деланным покаянием оставить без внимания
проступки более серьезные. Ты вроде бы предстаешь пред людьми в роли этакого «благородного»
грешника, человека достойного уважения –способен же он признать свои недостатки!
Нам важно признаться в проступке, но при этом еще и попытаться сохранить свое
лицо, так чтобы не совсем упасть в грязь перед теми, кто уважает нас за наше же
лицемерие. Мы не станем друг друга шокировать, но не потому для нас дорог наш
безупречный имидж. В моем случае чаще всего причина в том, что я не верю ни в
человеческое прощение, ни в человеческое принятие.
пятница, 4 мая 2012 г.
Отрывок из новой книги по Судьям
Нации, которые должны были быть покоренными Израилем, сами покорили Израиль. Бытие 19 (история о Содоме и Гоморе) говорит нам о том, насколько безнравственными были населяющие Обетованную Землю народы, но Судей 19 (история о Гиве Вениаминовой) показывают нам насколько, безнравственным стал сам Израиль. Роберт Брэнсон пишет: «Наши идеалы помогают нам формировать наш характер, но еще сильнее его формируют наши дела и поступки», - а дальше он задает чисто риторический вопрос, - «Если мы будем поступать, как хананеи, станем ли мы хананеями?». Книга Судей не оставляет нам в этом ни малейших сомнений – Израиль думал, что завоевал Ханаан, но это Ханаан поглотил Израиль. Израиль потерял способность исполнять свою миссию в ханаанской земле. Он потерял моральное право бороться с народами, на которые сам стал так сильно похож (Отрывок из новой книги по Судьям).
Подписаться на:
Сообщения (Atom)
